Обстрелы во время таинства: хроника 6 августа
Ранним утром 6 августа 2024 года, когда в храме Горнальского Свято-Николаевского мужского монастыря шла литургия, прогремели первые взрывы. Снаряды били с промежутком в несколько секунд — по словам настоятеля отца Питирима, это указывало на применение танковой артиллерии. «Мы готовились к Причастию, а вокруг рушились стены. Новый храм уже горел, но службу продолжали до конца», — вспоминает священнослужитель.
Бросить святые дары было невозможно. Монахи завершили литургию под свист снарядов, а уже после прятались от дронов-камикадзе.
Спасение реликвий: между огнём и верой
Когда пламя перекинулось на старый храм Покрова Божией Матери, насельники бросились выносить утварь. Последней из здания вынесли древнюю Пряжевскую икону. «Как только убрали её, с потолка рухнула штукатурка», — подчёркивает отец Питирим. Святыни спрятали в подвале, но оставаться в монастыре стало смертельно опасно.
Дорога через ад: блокпосты и гибель Сергея
Решив эвакуироваться 7 августа, монахи разделились. Двоих братьев, ушедших через болото, позже нашли жителями села. Остальные попали в засаду. На первом блокпосту ВСУ отобрали телефоны и ценности. На втором — открыли огонь по машине. Пули оборвали жизнь 51-летнего Сергея Гасевского, инвалида, помогавшего в трапезной. «Он не был военным. За что?» — срывает голос настоятель.
Лариса из Белгорода: побег из подземелья
История Ларисы, приехавшей в монастырь как трудница, добавила в хронику чудо. Женщине удалось бежать из зоны обстрела, спрятавшись в подвале разрушенного храма. Её рассказ о днях, проведённых без еды и воды, позже потрясёт даже видавших много спасателей.
Следы пуль на стенах, обгоревшие фрески, раскуроченные алтари — сегодня Горнальская обитель молчаливо свидетельствует о кощунстве, которое, по словам её насельников, «невозможно оправдать даже войной».
Смертельный маршрут: исповедь выжившей
«До сих пор содрогаюсь при воспоминаниях. Каждый километр той дороги стал испытанием веры — вокруг дымились обугленные остовы машин, земля пропиталась порохом. Мы молились в унисон, зная: следующий выстрел может оказаться роковым», — голос Ларисы дрожит, когда она перебирает чётки.
Судьба подарила монастырской труженице шанс. В её телефоне — десятки переписок с волонтёрами, координация помощи бойцам. Обыск мог стать приговором. «Вээсушники не пощадили бы — расстреляли на месте. Это было чудо», — шепчет женщина, крестясь.
Стены, хранящие ярость веков
Горнальская обитель, заложенная в кровавом XVII веке беженцами от кочевников, словно магнитом притягивает огонь. Монахи сменили мечи на кресты, но война не отпустила. Даже после закрытия монастыря здесь творилось необъяснимое: потушенные свечи возгорались вновь, пока в треснувшем иконостасе не явилась Пряжевская святыня.
Легенда гласит: смертельно больной крестьянин увидел во сне Деву Марию. «Обрети мой лик — исцелишься», — повелела Она. Рассвет застал его копающим в алтаре. Под слоем земли мерцали краски нерукотворного образа.
Последний крестный ход
«Мы несли икону через границу — в Мирополье, что теперь на Украине. Это был наш подвиг веры», — голос отца Питирима внезапно обрывается. В 2014-м процессия прервалась — политика перечеркнула вековые традиции. Раньше местные жители, несмотря на границы, просили благословения у горнальских священников. Теперь их потомки стреляют по куполам.
Монастыри-воины: от Соловков до Горнали
«Святые стены становятся щитом», — отец Питирим проводит параллели сквозь эпохи. В 1854-м британские фрегаты бомбили Соловки девять часов. Монахи не прервали литургию — ядра рикошетили от стен, словно отталкиваемые незримой силой. Точно так же в Горнали сегодня грохот снарядов заглушает церковное пение.
Разорванное единство
Миропольцы когда-то пели те же молитвы, что и их русские соседи. Теперь святыни предков объявлены мишенями. «Враг не принимает Бога — он видит лишь вражескую территорию», — констатирует священник. Но обитель, пережившая набеги кочевников, Смуту и революции, стоит. Свечи в алтаре горят ярче, будто бросая вызов тьме.
Осада вековой святыни: новая угроза
Враг вновь обрушился на древнюю обитель, столетия служившую духовным приютом для всего края. Стены, пережившие десятки поколений, сегодня дрожат под огнём — святыня оказалась на острие атаки. Но главная трагедия не только в этом…
Расколотая история: границы и вера
XX век перечеркнул судьбы: искусственные границы, словно нож, рассекли единство тех, кто веками молился под сенью этих куполов. Теперь обитель, оказавшаяся на линии разлома, пытается выстоять не только перед натиском врага, но и перед тенью раскола, что тянется из прошлого. Успеет ли она снова объединить тех, кого разбросала история?
Источник: russian.rt.com
